Интервью c Митей Федотенко и Натали Бран, продюсерами проекта dansePlatForma.

Интервью c Митей Федотенко и Натали Бран, продюсерами проекта dansePlatForma.

Источник Dozado dance magazine

— Митя, Натали, откуда вы сейчас с нами разговариваете?

Митя: Это наше бюро.

[Натали в этот момент без слов изображает ситуацию, когда ей приходится буквально одновременно говорить по телефону и правой и левой рукой]  

— Здесь рождаются все идеи?

Митя: Да, и разрабатываются бюджеты, у нас тут всё! Хотя это маленькое бюро, буквально 12 кв.м.

[Тут Митя развернул камеру и показал нам действительно небольшую комнату, но с довольно большим, на французский манер, окном, за которым периодически слышны звуки улицы и прокомментировал]:

Ничего особенного здесь нет: документы, уголок поесть, а вот и Анна (Анна Павловапереводчик). Отчасти здесь ведется работа по артикуляции того, что мы задумываем. Но теперь одного помещения будет мало. Одна только dansePlatForma, помимо моих хореографических работ, афиши которых висят на стене за моей спиной, занимает очень много места. У России есть такая тенденция — распространяться, заполнять собой всё, что даже приходится какие-то задачи откладывать. Поэтому очень важно разделять, чтобы новая инициатива не поглотила другие мои постановки. Мы создали проект — dansePlatForma, у которого, надеюсь, будет большое будущее. Но прежде всего моя основная деятельность — ставить хореографию, и моё место на сцене и в репетиционной студии.                  

©foto — Richard Storchi 

Натали: Что касается места, да — здесь мы проводим основное время. Для проекта dansePlatForm’ы мы работаем вдвоем с Митей, а также организовывать вещание, встречи, поддерживать сайт нам помогают ещё два наших сотрудника — Летисия и Мириана. С российской стороны, в роли референта и в координации проекта нам помогает Вероника ЧернышеваЕлена Панасенко в роли модератора и информационного партнера, и команда Инновационного Культурного центра г. Калуга ИКЦ. Сейчас мы планируем работу на следующий год, думаем о партнёрах, с кем хотели бы сотрудничать дальше. Конечно, если бы мы могли приехать в Калугу на время фестиваля, возможно, всё выглядело бы немного иначе, мы постарались бы добавить французского шарма. Хотя несмотря на множество трудностей, всё было сделано очень достойно и качественно.  

©foto — dansePlatForma 

Митя: Французского шарма в виде круасанов!

Хочу сказать, с Натали мы работаем почти 18 лет, и наше сотрудничество с годами только закалилось, пройдя через огонь, воду и медные трубы. На таких масштабных мероприятиях, как dansePlatForma, находишь что-то важное, что не закреплено в контракте, на бумаге. Это такие тонкие моменты взаимодействия. Ведь мой взгляд — это взгляд русского человека и французского хореографа, я живу во Франции уже больше 22 лет, и как хореограф состоялся именно здесь. А взгляд Натали — это французский взгляд на современный танец во Франции и в России. Мы имеем разные точки зрения, но это лишь помогает нам посмотреть на вопрос под разными углами. Как говорят, настоящие единомышленники не те, кто смотрят одинаково, а те, кто смотрят в одном направлении. 

Кстати, у Натали своя, длинная история с Россией.

— О, это интересно!

Митя: Да, может получиться отдельный разговор.

©foto — Sylvie Veyrunes 

— Мы с удовольствием, а пока давайте подведем итоги dansePlatForm’ы. Расскажите, что вы почерпнули для себя из взаимодействия с российской стороной?

Натали: В начале важно сказать, что когда мы с Митей только представляли, каким будет этот проект и обсуждали возможность его реализации с представителями метрополии Монпелье, главным в этой идее для нас было желание установить утраченную связь артистов из России с Францией, с Европой в целом, а также открыть русского артиста для французского зрителя.

Исходя из этой идеи, в 2019 году мы провели международный семинар, на котором смогли познакомиться с некоторыми российскими хореографами. И уже после этой встречи проект оформился как dansePlatFormа, своего рода витрина российского современного танца, где буквально любой хореограф, невзирая на статус признанности, может представить свою работу.

Митя: Семинар, о котором говорит Натали, проходил год назад, в мае, в рамках фестиваля «Циолковский фест» на базе ИКЦ г. Калуга. Это была наша первая закладка камня, потому что идея с Платформой циркулировала в том числе и вокруг моей постановки Génération [pomm]ée , которая позднее попала в шортлист Золотой Маски. Для неё мы задействовали четырёх танцовщиков из моей компании и трех танцовщиц из Инновационного Театра Балета Калуги.

© Андрей Горлачев 

Находясь две недели на фестивале и видя, как органично всё проходит, у нас возникла идея здесь же провести семинар на тему «Французский и российский современный танец. Точки соприкосновения». Именно тогда и зародилась идея создания проекта dansePlatForma. Пусть это было немного и преждевременно, но нам захотелось использовать этот шанс. На семинар, кстати, приехали Павел Глухов, теперь уже Лауреат первой dansePlatForm’ы, и Вероника Чернышева, которой в последствии мы предложили выступить в роли референта dansePlatForm’ы в России и помогать нам в координации проекта. Вот так и закладывалось то, что на сегодняшний день мы вместе смогли реализовать.

Натали: Но отвечая на вопрос о сотрудничестве с Россией, нужно сказать, что это было нелегко. Метрополия Монпелье Средиземноморье поддержала этот проект, потому что у нас с Митей уже был опыт работы с Россией, с русскими артистами, с фестивалем Open Look. И чтобы продолжить начатую работу с российскими партнёрами, по приглашению Торговой Палаты Калужской области и её Президента Виолетты Комиссаровой, мы вернулись в ноябре 2019 года в Калугу для встречи с командой ИКЦ и с представителями Министерства культуры Калужской области, Министром Культуры Павлом Сусловым. Он с самого начала поддержал идею проекта. Нам необходимо было обсудить много вопросов — и финансовых, и технических, и организационных. К счастью для нас, возможность вернуться в Калугу тогда ещё была. И результат фестиваля в октябре 2020 г. показал, что все эти усилия пошли на пользу.

Митя: Важным моментом стали обсуждения сценического пространства. Мы предложили Калуге европейскую конфигурацию, то, что называется греческим амфитеатром, с трифронтальным расположением зрителей, по принципу русской буквы «П». И чтобы организовать такую площадку, многое необходимо было сделать заранее. Вдобавок, эпидемиологическая ситуация существенно усложнила задачу, рассадить зрителей – это одно, а как показывать постановки в стриминге, это ещё одна статья, ставшая новой реальностью в эпоху общей пандемии. Для этого команда ИКЦ, в лице Даниила Кузнецова и Галины Большаковой, которые курировали проект, обратились к специально приглашённому коллективу. Это довольно дорогое удовольствие, где каждый день нам обходился в 40 000 руб.: съемка спектакля четырьмя камерами, усиление сигнала интернет, чтобы трансляция шла на весь мир без сбоев и технических накладок. Всё это обсуждалось заранее и потом ещё дорабатывалось во время фестиваля.

— Расскажите о критериях отбора участников, на что вы делали ставку?

Натали: Мы получили 80 заявок, 70 из которых соответствовали абсолютно всем требованиям. Французское жюри, в которое входили я, Митя, Президент и секретарь Ассоциации Autre MiNa, отсматривали все работы полностью и не в ускоренной перемотке. И для нас не имело значения имя и опыт участников.

Митя: Да, в этом мы старались быть абсолютно непредвзятыми. Главное, на что мы обращали внимание —  артистизм и идея спектакля, его художественная ценность. Регалии, премии никак не влияли на наш выбор. Но важно отметить, что некоторых очень известных и маститых хореографов мы не смогли взять по одному важному критерию.

Как вы знаете, три члена жюри с российской стороны являются директорами крупных танцевальных фестивалей. Это Лариса Барыкина (директор фестиваля «На грани», Екатеринбург), Елена Слободчикова (директор фестиваля «Айседора», Красноярск) и Вадим Каспаров (директор фестиваля Оpen Look, Санкт-Петербург). И если получалось, что кандидат участвовал хотя бы в одном из этих фестивалей, мы не могли его отобрать. По той простой причине, что помимо зарубежного турне, у нас есть договор со всеми членами российского жюри: перед тем, как отправиться во Францию, лауреаты проедут с туром по России на вышеупомянутых фестивалях.

Натали: Нужно добавить ещё один важный критерий, учитывая, что в последствии лауреаты поедут в турне во Францию, – это небольшое количество текста в номере. Русские артисты отличаются особой драматургией, многие работы очень театральные, в них присутствует много текста на русском языке, что может быть сложно в восприятии для французского зрителя. И хотя среди лауреатов есть работы, в которых встречается текст, например, поэма Бродского, мы сразу понимали, что нам предстоит отдельная работа с субтитрами.

Митя: Дополню, встречались некоторые работы в рамках перформанса (как отдельного направления). Но мы отдавали предпочтение танцевальным формам, при этом не зацикливаясь на том, неоклассика ли это, хип-хоп или контемпорари.

Не скроем, от того, ЧТО мы как продюсеры проекта привезём от своего имени, и КАКИМ мы представим российский современный танец для французского зрителя, зависит будущее всего проекта dansePlatForm’ы.

Возможно, на второй Платформе мы добавим что-то из области перформанса, но в любом случае вопрос текста и его количества, зачастую преобладающего в постановках российских хореографов, имеет значение. Нам ведь предстоит это технически реализовать – в субтитрах или в распечатке текста в программках, но так, чтобы не было перевеса между танцем и работой головного мозга. Текст всё равно проходит через голову, а танец через визуальные и эмоциональные каналы.

— Вернёмся к вопросу о взаимодействии, на утренних встречах с артистами были довольно жаркие разговоры — про зелёные носки, волосы. Что это было: критика или что-то иное?

Натали: Что касается утренних встреч с артистами, то это было желание с нашей стороны. Мы хотели диалога танцовщиков между собой, между артистами и организаторами, и в целом между Францией и Россией. И несмотря на то, что мы не смогли присутствовать на фестивале, всё равно решили проводить эти встречи онлайн, чтобы не осталось ощущения, будто мероприятие прошло в России и только в тесном российском кругу.

 

Для нас это формат гостеприимных добродушных встреч, где можно поделиться эмоциями, обсудить важные темы. Мы заметили (даже через экрановещание), что не все артисты приспособлены к общению, не всем легко говорить о своём творчестве, о предыдущем опыте, о том, как они пришли к тому, чем занимаются сейчас. Хотя для нас это абсолютно привычный формат общения. И если возвращаться к теме носков, действительно, мы были немного удивлены некоторым деталям.

И поскольку хорошо знаем европейского зрителя, уверены, когда российские артисты приедут в Монпелье, эти детали точно не останутся незамеченными. Просто нам хотелось обратить внимание артистов и хореографов на то, что они возможно не считают важным, это не была критика с нашей стороны.             

Митя: Да, Натали верно заметила, очень мало, кто из хореографов умеет говорить о своей работе. Потому что говорить о собственной постановке перед тем, как она будет представлена, это не одно и то же, что говорить о ней после того, как её увидят. Разумеется на сцене мы чувствуем себя уверенней, это наше настоящее амплуа, но также важно уметь зажечь зрителя, заразить его своей идеей. Сегодня у тебя есть 15 минут выхода в эфир и ты хочешь, чтобы зрители пришли к тебе на спектакль. Какие слова найти, как представить свою работу, чтобы одновременно не раскрыть всех карт, и в тот же самый момент рассказать о чём-то важном, что тебя мотивировало?!

Возможно, это и есть европейский подход, встреча со зрителем утром, не после спектакля на краю сцены, а в непринужденной атмосфере, за чашкой кофе, чтобы пообщаться и с профессионалами, и с обычными зрителями, которые, кстати, присутствовали утром в зале коворкинга ИКЦ, а затем вечером приходили на спектакли.

Натали: Мы хотели попробовать ещё один формат, но из-за эпидемиологической ситуации не получилось его реализовать, open studio — показ работ молодых хореографов в студии, находяшихся ещё в постановочной фазе. И задумано это было так, что в течении 15 мин. молодой хореограф показывает свою работу и ещё 15 мин. тут же общается со зрителями. Это тоже европейский подход к тому, как хореограф может найти своего продюсера. Т.е. заразить его 15-ти минутной работой, и уже через год, возможно, выпустить полноценный спектакль. Очень надеемся, что на второй dansePlatForm’e нам удастся это реализовать.

— Лауреаты первой dansePlatForm’ы будут встречаться с французским зрителем? Расскажите, как вы планируете французское турне?

Натали: Да, в данный момент мы работаем над программой, как это всё будет проходить весной 2021 года. Мы планируем встречи российских артистов со студентами танцевальных вузов, школьниками, лицеистами. Планируем мастер-классы, в ходе которых они смогут познакомиться с французскими танцовщиками и поделиться с ними своей техникой. Также для нас очень важно, чтобы у французского зрителя был интерес к российским танцовщикам не только в рамках сценических показов, но и возможность пообщаться вне сцены.

В Доме международных отношений в Монпелье с подачи его директора Клар Арт, совместно с которым мы организуем этот проект, и откуда осуществлялось вещание в течение четырёх дней во время фестиваля в Калуге, нам выделили огромное помещение. Здесь будут организованы официальные приемы. Мы очень рассчитываем, что российско-французские ассоциации нашего города примут в этом активное участие. И русские, и украинцы, и белорусы, и чеченцы, и армяне, и азербайджане… проживающие в Метрополии Монпелье Cредиземноморье, интересующиеся родной культурой, смогут встретиться с нашими лауреатами, поучаствуют в организации встреч и экскурсий по городу. Мы хотим, чтобы лауреатам первой российской платформы современного танца dansePlatFormа здесь было интересно и перспективно.                             

 © foto — @MontpellierDanse

Митя: Важно дополнить, что когда 22 года назад мы с супругой Наташей Кузнецовой приехали во Францию и создавали Компанию Autre MiNa, в Монпелье насчитывалось 15-20 российских семей. Сейчас это уже порядка 200 семей на город, в котором 550 тыс. жителей. Это много. Здесь есть три культурные российские ассоциации, которые дают уроки русского языка, литературы, театрального искусства и вокала детям разного возраста, начиная от 5 до 18 лет. Мы все эти ассоциации, конечно, привлечём. И, возможно, показ работ лауреатов dansePlatForm’ы будет проходить не в одном театре, а в двух или даже в трёх.

Что такое Метрополия Монпелье Cредиземноморье? Это 31 город, входящие в агломерацию, между которыми расстояние примерно 20-25 км. И мы хотим, чтобы в театрах, которые будут принимать лауреатов Платформы, был не один, а хотя бы два показа. Программа между ними будет тесно переплетаться.

В каждом холле мы воссоздадим соответствующую атмосферу, не обязательно только Калуги, хотя речь идет о городах-побратимах, но атмосферу России. Т.е. это такие отголоски русских дягилевских сезонов, где в течение недели зрители будут погружены в атмосферу русской культуры.

Кстати, постановка «AхматМоди» моей компании, которую мы не смогли привезти и показать в Калуге по причине ковида, войдёт в программу турне в Метрополии. Основанная на реальной истории Анны Ахматовой и Амедео Модильяни, эта постановка является примером франко-российской кооперации и неоднократно показывалась в ЦДР и ЦИМе в российской версии спектакля.

 

©foto — Paul Delgato 

Отдельно хочу сказать про работу со школами, лицеями и с колледжами. Нельзя забывать, что во Франции танец в учебном заведении является таким же признанным предметом, как изобразительное искусство или пение в России. В каждом лицее есть педагог по танцу и это невероятный шанс приобщить молодое поколение к профессиональному танцевальному искусству.

— Вы будете позиционировать русский танец, как что-то своеобразное, особенное?

Митя: На сегодняшний день у нас уже 22 страны выразили интерес, чтобы приехать на dansePlatForm’y и посмотреть российских хореографов, которых мы привезём. Это не мало. Монпелье — большой город, с огромной танцевальной историей. И это лишь поднимает для нас планку требовательности ещё выше. От того, КАКИХ артистов мы привезем, будет зависеть будущее проекта. Поэтому сразу скажу, лауреатов мы выбирали не только по художественным достоинствам, но и по гендерному признаку, чтобы было равновесие между мужским и женским дуэтом.

Не скрою, мы горячо спорили с российскими членами жюри именно по этому поводу. Мы хотели взять трио, но тогда получалось, что будут одни мужчины. А это уже камень в наш огород, почему на Платформе представлен только мужской танец, а где же женский?! Так что это был важный компромисс и мы рады, что его нашли.

 ©foto — Александр Зуев

Натали: Важно отметить, мы не хотим создавать какой-то особенный образ российского современного танца, мы хотим показать танцовщиков и хореографов в самой широкой палитре… насколько нам это позволяют финансы. Наша идея заключается не в том, чтобы через них представлять весь российский танец. Это три независимых работы, которые представят Россию на международной сцене в 2021-м году. На следующей dansePlatForm’е будет уже что-то совсем другое. Для нас очень важно, чтобы проявлялись индивидуальность, самобытность, личные истории артистов. И то, что мы сказали нашим Лауреатам – Виктория АрчаяАнна ДельцоваАлександр ТроновПавел Глухов на онлайн встрече у Елены Панасенко (dancehelp) — не меняйтесь, возможно, на определенные детали и нюансы имеет смысл обратить внимание, но главное, оставайтесь собой, будьте открытыми и мыслите широко.         

 ©foto — Александр Зуев

Митя: Да, но детали всё-таки важны. Французы — педанты, будут смотреть на вас будто под лупой. Я со своим образованием архитектора очень быстро это понял. Всё, что окажется в поле зрения зрителя, не может быть случайностью. Если хореограф не в состоянии ответить на вопрос, почему лампа светит в глаз и мешает смотреть — это упущение, значит ты не до конца продумал свою деталь. Зритель подмечает, какой свет, какие предметы на сцене и под каким углом они находятся, на переднем плане или в глубине, — в конечном итоге всё это работает на идею спектакля. И как доказательство тому, замечания высказанные в адрес хореографов Розитой Буассо, нашим французским членом жюри. Это мнение одного из самых весомых критиков современного танца во Франции, публикующая свои статьи в Le Monde и Télérama.

— Получается, критерии выбора Лауреатов dansePlatForm’ы очень подвижны, всё будет зависеть от того, какой материал вы получите?

Митя: Первый выпуск Платформы — это малые формы, дуэты и трио, что изначально было обусловлено тем, какие финансовые возможности мы смогли согласовать с Метрополией и правительством Калужской области. И если сейчас на волне этого успеха мы сможем получить больше дотаций то, конечно, нам захочется привезти танцевальные труппы (от 5 человек). Поскольку мы работаем по принципу, что любой труд художника должен быть оплачен, соло это или группа. Мы не можем предлагать артистам недостойные условия, и не только потому, что французский закон этого не позволяет…нам совесть не позволяет. Я это говорю, с оглядкой на организацию многих российских фестивалей современного танца. Гонорары, размещение и проживание, оформление и перелёт — всё это на наших плечах.

Поэтому то, ЧТО будет проходить на следующем выпуске dansePlatForm’ы 2021/2022 во многом зависит от финансовой поддержки Метрополии Монпелье Средиземноморье и Региона Окситания. И очень важно, чтобы как можно раньше подключились российские меценаты (фонд Прохорова, СТД) и другие партнёры (Французский Культурный Институт), с которыми мы уже ведём переговоры. Потому что если этого не произойдет, французская сторона может очень быстро охладеть, привозить за свой счет артистов из России — это не правильно и не дальновидно. Мне кажется, что российская сторона, включая в первую очередь правительство, должны быть заинтересованы в промоушене русского искусства. Не говоря уже о частных компаниях, для которых это наилучший способ рекламы и продвижения своей марки на европейский рынок. Например, Уральские авиалинии, которые осуществляют прямые рейсы из Москвы в Монпелье — один из таких ярких примеров.

Натали: Да, мы хотели бы видеть ещё больше танцовщиков из России, но для этого нам нужна помощь российских фондов и партнёров. Мы ждем, чтобы они также были заинтересованы в сотрудничестве, которое мы сейчас налаживаем. А ещё в следующем году, мы планируем расширить состав жюри, кроме французских и российских, будут ещё и члены жюри из других европейских стран.

Митя: Это то, что на французском называется «se mouiller» — включиться в процесс, стать его частью, т.е. когда член жюри не просто отдаёт свой голос, но и отвечает конкретным действием, проголосовал – запрограммировал. Собственно поэтому наш выбор российского жюри был с таким посылом, чтобы программировать участие победителей Платформы в больших российских фестивалях.         

Сейчас мы активно налаживаем контакты: есть очень хорошие подвижки с балтийской танцевальной платформой (Вильнюс, Латвия, Литва), с Белоруссией. Мы это не проговорили в начале, но когда открывалась подача заявок на dansePlatForm’y, приглашались не только хореографы, живущие в России, но и российские хореографы, проживающие заграницей. Например, Вера Горбачева открыла свою танцевальную компанию в Лионе, Лена Фокина живёт в Стокгольме и плодотворно творит по всему миру. В dansePlatForm’е могут принимать участие хореографы, которые начинали свой путь в России, но сейчас живут в Европе и не только.

Мы с Натали идём к тому, чтобы создать продюсерский центр, который так и будет называться dansePlatForma, и который будет заниматься промоушеном российских хореографов в Европе. Через нас можно будет вести диалог с танцевальными платформами Албании, Венгрии, Германии, с которыми мы уже работаем, и с теми, с кем ещё наладим сотрудничество.   

— Мы были приятно удивлены, как показала себя Калуга и Инновационный Культурный Центр в этом проекте. Это был очень достойный уровень принимающей площадки, что для регионов пока не частое явление. А как у вас звучит региональная повестка, поделитесь своим опытом.        

Митя: Калуга, безусловно, не случайный выбор. По причине того, что Монпелье и Калуга — города-побратимы. Но мы сделали это осознанно, понимая, что в Москве и Санкт-Петербурге нет нехватки танцевальных проектов, скорее наоборот, их переизбыток. У меня есть ещё своя личная история, связанная с этим городом, яркие детские воспоминания о нём. Ну и, конечно, сам ИКЦ и его замечательная команда. Потому что, если бы не было такой площадки, возможно, самого факта, городов-побратимов, могло и не хватить, чтобы реализовать этот проект.

Что касается французской стороны и того, как всё устроено в регионах, то во Франции работает децентрализация. В каждом регионе есть министерство культуры, так называемая региональная дирекция по культурным делам, соответственно каждый регион автономен. В России вроде бы тоже так задумано, но к сожалению, на практике работает иначе.

Натали: Да, Митя верно рассказал об автономности регионов, но всё равно они зависят от Парижа. Во Франции есть региональные представительства Министерства Культуры DRAC, в каждом отдельном регионе. Что касается dansePlatFormы, на данный момент проект имеет региональную финансовую поддержку. В дальнейшем мы планируем выходить на национальный уровень и потом уже на европейский.

Митя: Помимо региональной, поддержка dansePlatForm’ы со стороны государства очень важна. Потому что этот проект не делается просто на уровне согласия двух городов-побратимов. Здесь более сложный подход, практически из области культурной политики. Сейчас довольно много разногласий между Европой и Россией, и чтобы не увязнуть, для меня как хореографа с российскими корнями, но уже вросшего во французский пейзаж, важно не подчеркивать эту линию разногласий, скорее наоборот, искать точки соприкосновения, объединяющие нас. Россия это всё-таки европейская культура, учитывая историю русского дворянства и аристократии.

Но сейчас, когда мне задают вопросы «ты хочешь привезти русскую культуру, а как же политика» — французов эта тема очень заботит, я не избегаю их, но подчеркиваю — сила этого проекта находится во взаимодействии российских артистов с французским зрителем на горизонтальном уровне, от сердца к сердцу. Для творческих людей важен выход на международную сцену, невозможно оставаться в постсоветском пространстве, и я чувствую, что назрело время для решения этого вопроса. Мы хотим сделать акцент на близких, почти родственных культурных связях между нашими странами.

Натали: Будучи француженкой, я вижу всё немного иначе. Действительно во Франции есть некоторое недоверие к России, я бы даже сказала опасение и ожидание какого-то подвоха. Наверное, это потому, что более 100 лет у Франции с Россией не развиваются контакты, нет знакомства с российскими артистами. Очень интересно, почему в эпоху царской России получилось создать эту связь, когда вначале было огромное влияние французской хореографии на русскую, а затем Дягилев стал привозить русских артистов в Европу. Но почему потом это всё остановилось?!

Когда мы начали работать над dansePlatForm’ой, мы поняли, что трудности действительно есть, они проявляются во многом, не только в работе, но и во взаимопонимании, даже в разговоре, в его установлении. Поэтому одна из важных идей проекта — научиться работать вместе, найти общие цели и ответы на новые вызовы нашего времени.

Мы планируем, что dansePlatForma будет развиваться, и из года в год трансформироваться, адаптируясь ко всем новым реалиям, включая и коронавирус. Ведь он нам не помешал провести её первый выпуск на высоком уровне, надеемся, что и дальнейшие планы реализуются также успешно. Но нельзя забывать, что ничто не сделается и не произойдёт само собой и для этого нужны совместные усилия, наши и ваши, каждого из нас.